Город
http://jam.eglador.info


- Как тебя зовут?
Казалось бы, такой простой вопрос, а как ответишь?
- Тебе по паспорту или как?
- Не знаю, а как еще?
- Ну-у-у...
Я снова поворачиваюсь к витрине.
- Э, подожди...
Меня снова хлопают по плечу. Оборачиваюсь.
- Ну? Чего еще?
- Ты с Арбата?
- С какого из...?
Парень с девчонкой переглядываются. Слышно, как она думает: «Кажется, наш...» Парень: «Можно говорить?» Девчонка кивает.
- Тебя зовут Эйр Эллорайн?
- Меня не зовут, я сам прихожу.
Я ухмыляюсь, надеясь, что достаточно паскудно. Ну не хочется мне влипать в их проблемы!.. Но, кажется, придется...
Переспрашиваю:
- По паспорту? По здесь? А вы с какого неба свалились?
- Мы?
- Ну не я же...
Я начинаю злиться. Стою, пью пиво, с трудом соображаю, кому позвонить... а тут на тебе, на мою голову...

- Вот что. Вы либо говорите, либо...
Я отпиваю пиво.
- Ладно.
Парень лезет в карман и вытаскивает изрядно помятый лист... наверное, все-таки бумаги...
- Вот.
Беру, читаю – бред какой-то. Кому это пришло в голову так безответственно использовать лингву? Поднимаю на них взгляд. Обычные полухипповые ребята. Парень, правда, в косухе. Елы-палы, до Купола еще полтора года... А эти уже заявились...
Возвращаю бумагу.
- А вы уверены, что это ко мне?
Оба явно занервничали:
- А к кому же?
- Я не знаю этого языка. Это по-каковски?
Глаза круглые, лица вытягиваются, пустеют...
- Мы из Рэндора... – в отчаянии шепчет девушка. Так шепчет, что слышу и понимаю только я...
- Пошли.
Парень дергает ее за рукав.
- Извини, мы ошиблись.
Это мне.
Фыркаю и разворачиваюсь спиной, но слушать продолжаю.
Девчонка в панике: «Куда мы пойдем?» Парень сминает листок и запускает его в урну: «Ну его к Лордам, переживем...» «Говорила я, говорила – надо брать кольцо». «И чем бы оно нам помогло? Ты же видишь – это не он...» «Он! Просто... просто, может, с памятью что?..»
С памятью... Я еще раз фыркаю, но уже потише. Это не с памятью у меня, а со службой безопасности. А вас, голубей, я уже давно вижу... И если бы не эта чертова бумажка, я бы и сам с вами поговорил... Но кто ж вам ее нацарапал-то? Ладно. Летите, голуби, летите, а я позвоню...

Пьяно, холодно, мерзко... Ползу с флэта неизвестно куда. Шмотник заметно полегчал. Черные осенние листья похожи на руки, впечатанные в асфальт. Туфли грустно цокают. В правом явно похлюпывает. Что творится в моей бедной голове? Куда я иду? Не знаю. Пустая мокрая трасса... Почему-то по ночам в Москве очень одиноко... Кому позвонить в третьем часу ночи? Останавливаюсь. Лезу в шмотник, достаю бутылку, допиваю... Лезу за пояс – сигареты... Зажигалка, скотина, не работает. Фаер – мать твою! Вспыхивает, аж на полметра. Вот так-то лучше...
Мимо проехала машина. Случайно просветил. Е-мое, менты... Ухожу в тень, провожаю взглядом... Что это они свернули? Вроде не собирались... Ну ладно, мне по фигу, куда идти, полюбопытствую...

- Мать твою!
Один из них оборачивается. Кажется, я выругался вслух...
Моя бледная рожа и хайры все-таки выделяются в темноте.
Вихрь и звездочки в глазах... Вламываюсь в их мозги... Заставляю опустить оружие... Но они еще двигаются... Все-таки сложновато работать с закрытыми глазами... Ого, сколько кодировок!.. А вот сейчас вы у нас будете сыпаться... Что им надо-то? Развлекаются или что-то серьезное? Кажется, я забываю воспользоваться глазами...
Ого! Да это ж мои голуби...
Парень уже вырублен и в браслетах. Девчонка молча пытается удержать на себе джинсы. Интересно, во что они вляпались?
Очень трудно привести его в чувство... Свист в висках... Песок... Глаза... Порвал наручники... и пошел... и пошел... Память, моя память. Его тело... Потому что боец из меня сейчас... и вообще лучше мне не... Ой, кажется, он руку сломал. Отключить нервные центры. И не отвлекаться... Дурак!
Гулким хлопком лопается «стена»...
Я открываю глаза. Ого, а я, оказывается, лежу. Или вишу? В пяти сантиметрах от земли... Да-с... Упало тело... Мог бы и поосторожней с собственным телом-то...
И еще четыре штуки. Лежат... Парень в стойке с закрытыми глазами. Девчонка начинает всхлипывать.
- Проклятый мир...
Все еще пошатываясь, поднимаюсь на ноги. Настойчивый писк. Ах да! Отключаюсь от парня. Замечательный разговорный сленг. Пару слов можно и запомнить. Он чуть не падает. Девушка его подхватывает. Ну, еще бы. Сломанная рука плюс шаловливые ручки ментов. В общем, досталось... Н-да, помочь надо... О, черт! Да они же меня не видят!
- Привет.
Ну и голосочек у меня – хриплый, как после литра водки. Хотя, что это я? Водки было больше.
Они шарахаются – бежать. Но девчонка останавливается...
- Ну, чего уставились? Смываться пора...
Хватаю шмотник – и ходу по дворам. Не оборачиваюсь, знаю: бегут следом. Слышу, как в машине матерится рация. Через десять минут тут будет неплохая гоп-компания. Вот только связываться с ней мне почему-то совершенно не хочется. Я предпочитаю вечеринки с другим контингентом.
Прибавляю скорость... Еще пара дворов, арка... Так, хватит петлять: на бегущей фигуре проще закрепить внимание. Перехожу на шаг... Так, здесь тень плотнее...
Плюхаюсь на мокрую скамейку, лезу в шмотник. Ага, фляжка – и полная к тому же... Эти двое падают рядом. Предлагаю, не отказываются... Ну, еще бы, хорошая водка – это...
- Давайте знакомиться. Меня зовут Эльхэн. По Рэндору – Эйр. Кстати, как там «Город золотых шпилей и серебряных мостов»?
Парень давится. Кажется, я сказал под глоток...
- Курить хотите?
- Ага.
Девчонка дрожащими пальцами принимает пачку.
- Ну что, рассказывать будем?
И тут в меня запустили картинками. Столица. Тоже Рэндор. Полдень. Оба солнца в зените. Распустившие лепестки шпили... Сверкающая паутина мостов... И никого на улицах... Звенящий воздух...
Слышу свой голос: «Что стряслось?»
И ответ: «ВОЙНА».
Вместо людей – белые тени... Их много, они наслаиваются друг на друга... Кажется, что весь город заляпан мелом...

- А вы как же?
- Мы Храмовые. У нас есть выход.
- И что, все сюда?
- Нет, только мы.
Продолжаю разглядывать полузнакомые улицы... Когда-то я здесь жил...
- Кто вам написал письмо?
- Самон.
Я хмыкаю и прерываю картинки.
- Ну что? Где вы все это время обретались? Ночевали и вообще?
- Мы... развоплощались... – девушка запнулась, – по Храмовому обряду.
Я рассмеялся. Вот это да! Учитывая, что Храмовый обряд развоплощения проходит через слияние не только духа, но и тел... Гениальные ребята!
- Ну что, голуби, сейчас у вас это, к сожалению, не выйдет. Обряд только для двоих, а я третий. И мне мерзко, холодно и мокро. Я устал и хочу в тепло и спать... Вот. Так что пошли жилье искать.

В общем, пристроил я их на Битце. Образцовые вписчики, я ими горжусь. Не в меня пошли.

.........................................................

Это была самая отвратительная ночь со времени Купола. Никто уже не помнил, как это началось. Кажется, была осень. Или зима. Нет, скорее все-таки весна. Точно, что не лето. Было много воды... Хотя нет, вода была потом... Серые мокрые улицы... Люди, покидающие город под предводительством священников, мулл, брахманов... С каждой крыши – блестящие глаза. Нелюди проклятые... Остающиеся в новом мире, призванном на свою голову.
Мать просыпается утром, готовит завтрак, будит ребенка в школу – а в постели уютно свернулся перевертыш...
Пьяный, неосторожно качнувшись, падает с моста – и развернувшиеся крылья выносят его...
У человека взрывают квартиру, полыхает огонь... А он выходит невредимый. Огненный Демон...
Не отчитать молитвами, не переловить, не уничтожить всех...
Почему у человека рождается нелюдь? Кто объяснит матери, за что ей это?..
Любимые и любящие, друзья и враги... Родные, не вините себя... Нас развела дорога. Живите без нас. И поверьте, нам сейчас не легче. Вы по одну сторону реки, мы – по другую. Не позволяйте любви стать ненавистью. Мы ведь так долго жили рядом. Пусть и тогда непохожие, но теперь нам идти уже разными путями.
Матери, не вините себя. Слишком мощен генератор. Нас притягивает сюда. И не всех по своей воле... Простите, что мы жили в телах людей. До поры до времени...
Поймите, не все мы могли выбирать, у кого рождаться. Велик конфликт: человек и нелюдь, особенно если нелюдь – ребенок человека. Семьи нелюдей не могли успеть за приходящим потоком. Вы приютили нас. Спасибо.
Пришло время Города. И вот мы встали. Не бойтесь нас. Вам остается целый мир, а мы уйдем вместе с Куполом. И вы начнете все сначала.
За долгое время выяснилась одна вещь: очень немногие уживаются вместе с нами. И вы не из их числа.
Вы будете жить по-своему, а мы останемся в ваших легендах. Хотя, конечно, будем заходить, но вы нас не узнаете.

Эльхэн сменил бег на шаг и глянул в небо. Энхэ свистнул и сделал «мертвую петлю». Позади легко шагала команда патруля. Из шмотников слышалось характерное побулькивание...
Прошли покинутые кварталы военных. Отступают, скоты.
Эльхэн хорошо помнил, что у них в подвалах. Его люди ворвались туда первыми.
Площадь. Последние люди. Самим до края Купола им уже не добраться. Да поможет нам сила. Энхэ упал с неба, положил руку на плечо.
- Не волнуйся.
Эльхэн встряхнул головой.
- С чего ты взял?

.........................................................

Тридцатигранник – фигура переноса.
Гул... Возрастает напряжение... Все сливается в зыбком мареве... Нарастает – и взрывается диким воем силы... Всплеск. Кульминация и... ха-ах!..
Все опадает шелковым покрывалом.
Людей уже нет. Перенос закончен.
Эльхэн падает прямо на землю. Не от усталости, скорее от обалдения. Значительный глоток из неизвестно откуда взявшейся бутылки возвращает способность издавать осмысленные звуки, а не только «ну-у-у, бля...».
- Кажется, получилось...
- М-м-м... Угу.
Энхэ за его спиной отряхивает руки.
- Теперь бы последствия ликвидировать.

Вам крылатая ночь пропоет:
Волею ветра – только вперед.
Крылья дракона корабль обретет,
Волею шторма – только вперед...

Гулкие шаги. Крики, ругань – охота...
Перевертыш. Бег. Туда, где...
Сволочи, окружили кольцом... Кто же из нас настоящие звери?
К глухой стене прижали еще одного.
Темная встрепанная тень мечется с «розочками» в руках. Близко не подходят: страшно. Шакалы.
Перевертыш у стены. Взмах прутом... Звон... Не может быть! Боги!
- Алька, в воздух! Держись!
В глазах поплыл туман ярости. Не помню... Может, и пришиб кого...
Очнулся, обнимая до боли знакомое, потерянное, казалось, навсегда... Пальцы касались, боясь ошибиться...
- Аста, Астэннала... Боги, вернулась! Нашлась, жива...
- Идем.
Алька дернул за плащ.
- А? Да. Ты идти можешь?
Кивнула, не поднимая глаз. Крови на ней больше, чем грязи. Только вот... чья это кровь? Обнял за талию, накинул плащ – и в небо... Короткой дорогой. В недоумении Алька пошел следом.
«Прервали патруль. Возвращаемся... Что за странный перевертыш?»

.........................................................

Испуганных людей в Городе было еще предостаточно. И многие хотели выяснить, что все-таки происходит. Все средства шли в ход.
Зыбкое марево стояло над Городом.

Купол – одна треть...

- Что же такое любовь?
Эльхэн задумчиво отхлебнул из стакана.
- И какой оттенок она приобретает в данном моем состоянии? При желании или необходимости я могу стать кем или чем угодно. Странное это чувство. В Городе его странность умножается на число обитателей.
Сколько любимых и любящих раскидало по разным лагерям?.. Жизнь почти сломана. Сколько еще уже ушедшим людям будут напоминать?..
- А твоя-то крылья себе отрастила, бесовка...
- А твой-то зверем перекидывается, сам видел...
А нелюдям?..
- Прости, но твой Сергей работает в комендатуре...
- Боги! Лешка, да что же ты делаешь?..
- Прости, милая, но за тебя...

- Это они виноваты! Ненавижу! – истеричный вопль. И залп огня.

Не договориться. И любовь не спасает. Куда мы катимся? Озверели совсем...
А все-таки она вертится, любовь эта... Где-то поблизости...

Эльхэн еще раз приложился к стакану и, прищурившись, посмотрел в сторону Энхэ. Тот работал за пультом со множеством экранов. Кого-то направлял, что-то разъяснял – руководил, в общем. Эльхэн усмехнулся. «Хоть бы не матерился, начальничек...»
Раннее-раннее утро. Эльхэн притащился в Башню с патруля и похмелья (одно с другим часто совпадало). Отпаивался горячим кофе, очень крепким и сладким – Энхэ даже сплюнул, увидев, сколько кладется сахара. Завтракал бутербродами. И через пару сигарет и трубку занялся вином. Через две бутылки пришел в пресветлое настроение и ударился в размышления вслух.
Энхэ попросил его заткнуться и пить молча, а также думать потише. Эльхэн покорно замолчал, но иронии в его взгляде прибавилось. Наблюдая за работой Энхэ, он прикончил еще бутылку.
Все гадости всегда случаются неожиданно. Эльхэна сообщение застало на очередном глотке, Энхэ – на сложной матерной начальственной фразе. Вспыхнул «черный экран» для сверхсрочных сообщений.
«Через 48 часов в районе Малого треугольника предполагается массированная огневая атака. Кодовое обозначение: "Осиное гнездо".
Конечный результат: полное уничтожение нелюдских единиц в пределах досягаемости.
Информация получена по связи системы "пунктир"».
С сухим стуком рука Энхэ упала на рычажок «всем постам». Эльхэн залпом допил вино.
От сильного пинка ногой дверь с треском распахнулась. В руках Аста держала поднос.
- В чем дело?
Энхэ включил запись. Из дальнего угла к Асте стремительно подъехало кресло.
- Что делать будем?
- Вешаться...
- Эльхэн, ты можешь хоть иногда быть серьезным? Как ты себе это представляешь?
- Я – серьезным? Хм, надо как-нибудь попробовать...
Аста раскурила трубочку.
- Может, хватит х...й страдать? Это уже не шутки...
- Какие шутки... – проворчал Эльхэн, выбираясь из кресла. Подошел к компьютеру и, набрав код доступа, углубился в расчеты.
Энхэ перевел свою систему в режим постоянной связи и теперь разъяснял ситуацию.
Аста что-то чертила на листочке.
Эльхэн отлип от компьютера и потянулся за бутылкой.
Экраны Энхэ постепенно пришли в привычное состояние.
- Ничего не выйдет. Мы не успеем эвакуировать Малый треугольник.
Эльхэн отхлебнул из бутылки.
- Кроме всего прочего, там три Башни. На тот случай, если никто не заметил, наша – одна из них.
Энхэ перевел взгляд на Асту.
- Аста?
Она оторвалась от листка.
- М-может быть... Может получиться.
- Что?
- Много в городе Огненных Демонов?
Эльхэн пожал плечами.
- Сотни три-четыре. А что?
- Их потенциал?
Он рассмеялся.
- Да каждый бы Этну сожрал и не подавился...
- Отлично. Если их расставить вот так...
Она подошла к экранам и быстро начертила странно искривленную линию на карте Города.
- ...они просто поглотят атаку.
- Ты просто гений!
Эльхэн в порыве восторга попытался ее расцеловать. Она отстранилась.
- Подожди до вечера.
- Ага. Теперь только грамотно составить сообщение...
Энхэ застучал по клавиатуре. В результате всех споров и исправлений появился такой текст:
«Огненным.
В районе Малого треугольника будет проведена массированная атака с применением воспламеняющего вооружения.
Всем голодным обращаться в Третью Башню. Первый выход. Спросить Асту».
- Почему я? – попыталась она протестовать.
- Ты это придумала – раз. Никто из нас лучше тебя это не представляет – два. И потом, ты же сама хочешь этим заняться. Это же видно...
Эльхэн обезоруживающе улыбнулся. Аста притворно вздохнула и села допивать кофе. У нее оставалось еще несколько минут. А текст уже выходил на все работающие терминалы и другие информационные пункты. Через десять часов был назначен сбор.
Огненная атака захлебнулась в глотке Демонов.

Купол опустился на две трети.

Он был ее карманным драконом. Кто-то из знакомых подарил его, решив, что золотисто-зеленый Эрик с серебряными глазами очень гармонирует с золотом ее волос. И к тому же у нее кончилась зажигалка.
Эрик сначала был недоволен, но быстро привык и даже привязался к своей новой хозяйке, хотя долго еще путался: в различии между полами он был несведущ. А те мужчины и женщины, с которыми она проводила ночи (в это время Эрик работал «свечкой»), называли ее всегда по-разному. В конце концов он запомнил имя и называл ее Эльхэн, избегая родовых окончаний.
Ее работа Эрику тоже не нравилась. Но кто же спрашивает драконов, да еще карманных?
Во время вооруженных стычек он всегда норовил забраться в задний карман и от волнения так нагревался, что часто прожигал его. Вскоре Эльхэн плюнул и проложил карман асбестом. Вообще-то одежда хозяйки нравилась Эрику. Больше того, она была чрезвычайно хороша для передвижения. Куртка, брюки, рубашка – и все в сложном переплетении ремней разной ширины. Короткие сапоги и широкий плащ с удобным капюшоном. И поверх каскад бледно-золотых волос, стянутых шнуром, чтоб не мешали.
В оружии Эрик не разбирался и потому, натыкаясь на него, аккуратно обходил...
Алька, мягко шурша крыльями, приземлился на узкой малоосвещенной улице. По инерции пробежал несколько шагов – летал он еще неважно. Развернул-свернул крылья и завертел головой, ловя связь. Он был самый молодой в команде. Попутно поймал обрывки разговоров, состоящих почти из чистого мата, и слабый укол боли. Он направил взгляд в сторону импульса. Свой. Он сделал пару шагов и присмотрелся. Мальчишка… или нет, девушка. Черт, еще не закончившее трансформироваться зрение опять его подводило. Маленькое существо скрутил очередной приступ боли. Дополненной теперь еще и страхом. Оно попыталось слиться со стеной...
- Ну что ты? – как можно мягче сказал Алька, подошел ближе. – Я не сделаю тебе больно, только посмотрю... Ч-ч-черт!
Существо извернулось и пребольно цапнуло его за руку. В выбитом чем-то углублении стены сидел уже не ребенок, а зверек неизвестной породы, явно хищник...
Алька потряс шестипалой рукой и тихонько подул на ранки. Кровь остановилась.
- Вот видишь, это же не больно. Иди сюда...
Зверек заскулил, или застонал, и отполз от стены. Алька опустился на колени и осторожно провел рукой по спине существа.
- Эк тебя...
Левый бок был хорошо располосован. Кровь не успела свернуться, рука Альки стала влажной. Ухо висело клочьями. Морде тоже досталось: скула была начисто содрана. Алька сложил руки, как его учили, и зашептал слова сосредоточения... Зверек медленно затихал. Когда Алька открыл глаза, перед ним лежал человек и смотрел круглыми от удивления глазами, в которых зажегся огонек надежды. Алька улыбнулся.
- Все. И не фига было кусаться.
- Ты кто?
- Алька.
Он отцепил от пояса фляжку.
- На, глотни, помогает. Кстати, а ты кто?
- Я? Эрх.
- Из бывшего Эльфятника небось?
- Ну...
Мальчишка покраснел.
- Давно это было... А вообще-то меня Сергеем зовут.
- Ясно.
Алька прицепил фляжку обратно к поясу и поднялся. Мальчишка поспешно встал.
- А-а-а... ты... вы... куда сейчас?
- На обход. Куда ж еще?
Мальчишка покосился на крылья.
- Да нет. Я этим редко пользуюсь, – улыбнулся Алька. – Плохо еще умею.
Эрх облегченно вздохнул.
- А мне с вами можно?
- Если других дел нет... Только под ногами не путайся.
- Не буду.
Алька прикурил сигарету и, стараясь не терять связного импульса, не торопясь, двинулся по улице. Эрх крутился поблизости, выныривая из самых неожиданных мест и бездумно переходя из одного состояния в другое.
Неспокойно было в Городе.

- Эрик, пересядь, пожалуйста, на плечо.
Эльхэн, устав после ночного обхода, спустилась в ближайший кабак. Выбрав местечко поспокойнее, заказала кофе, вино и что-нибудь поесть. За дальним от нее столиком молодежь класса «вамп», немилосердно фальшивя, распевала что-то непристойное. Она уловила волну страха и неуверенности. «Еще бы, – усмехнулась, – на них трансформация сработала раньше». А так было вполне тихо и даже уютно. Поев и допив кофе, Эльхэн приступила к вину. Прикурила сигарету...
Кажется, она задремала и даже слегка вздрогнула, когда чья-то рука взяла ее ладонь.
- Уф, Дэн! Нельзя так будить...
- А ты еще можешь спать? – съехидничал он и ухмыльнулся. Он был оборотнем-волком, и клыки (довольно приличные, надо признать) не прятал, а даже наоборот...
Эльхэн заметил, что усмешечка его, не в пример интонации, была вымученной и грустной.
- Э-э-э, разве здесь поспишь? Придет кто-нибудь вроде тебя и разбудит...
Он продолжал что-то говорить, а сам вглядывался в глаза Дэна и настраивался на его волну. «Боль и... Вот оно! Страх, страх перед человеком! Это у Дэна-то?!»
Он резко оборвал болтовню:
- Что случилось? Выкладывай.
Дэн отвел глаза, порылся в кармане и протянул раскрытую ладонь. Серебряные пули. Смятые, оплавленные, но... настоящие. Грамотно отлитые, хотя и видно, что самопал...
- Ангел меня задери!
Эльхэн повертел одну, попробовал на зуб. Сплюнул со злостью.
- Действительно, серебро... Откуда?
- Кто-то из вольных охотников додумался. Не знаю, успел кому рассказать...
То, что оного охотника уже нет в живых, разумелось само собой.
- Скольких положил?
- Двоих.
Они замолчали. Эльхэн закурил трубку, сигареты уже не хватало. «Вот оно что... Половину серебро скосит точно... На все чихали от силы 10% от общего населения Города... Надо что-то...»
Перед внутренним взором встал Энхэ.
- Что случилось?
- Ты в Башне?
- Ну.
- Подвалы уже есть?
- Не знаю, а что?
- Серебро.
- Ептыть... Уже додумались?
- Угу. Я хочу...
Энхэ кивнул, сверкнув клыками.
- Попробовать можно.
- Проверь подвалы.
- Ага, сейчас.
- Отбой.
Эльхэн открыл глаза. Дэн сидел, сжав голову руками.
- Эва? – он притронулся к его плечу. – Что надумал?
- Его надо уничтожить. И я даже знаю одного хорошего химика.
- Кто он?
- Крылатая Тварь.
- Ого!
- У него есть связи. И знания.
- Ясно. Связывайся.
- Только что. Он обедает.
Эльхэн прикинул, сколько времени потребуется Твари, чтобы насытиться. Хмыкнул.
- Ладно. Пункт номер следующий. Его нужно собрать. Все.
Дэн развел руками, Эльхэн остановил его жестом.
- Сколько ты можешь собрать перевертышей, хорошо противостоящих серебру?
- Процентов 45% от всех стай. Остальные либо одиночки, либо еще не прибились. Ну, от одиночек 10–12 сотен, если крикнуть погромче...
- Сколько выживет после серьезного соприкосновения?
- Все одиночки и где-то треть от общей...
- Отлично. Они-то и нужны. Говори со своим химиком и собирай народ.
- Где?
- От Разбега до Взлета, но по низу.
- Ага, а ты?
- Я? Я поговорю с крылатыми.
Перед глазами Эльхэн вспыхнул огонек, все поплыло. Через мгновение развернулся экран с ухмыляющейся на нем физиономией Энхэ.
- Эва.
- Эва, эва. Ну как?
- Есть. Сам спускался, смотрел.
- До дна?
- Что я... – Энхэ встряхнул крыльями, – нет, конечно.
- Значит, так. Подключи Дэна. Мысль, то бишь идея, такая...


.........................................................

Сначала шли крылатые. Шли цепной паутиной с 12 точек Города. Низом шли оборотни сплошной волной. Аккуратно проникали в дома и старательно прорывали, разгребали, распугивали и выносили всех и вся. Серебро должно было вот-вот пойти... Сумерки незаметно перешли в ночь... Непроглядную. И тут с крыльев начали срываться сине-зеленые молнии. Серебро пошло. Ни один удар не прошел мимо цели. И вот сошлись крылатые над Первой Башней, и составили они фигуру загадочную... И понеслось серебро со всех сторон Города... Сияющая, неправильной формы глыба собиралась, как туча, над шпилями Башни. От стены Башни Грифона отделилась тень. В руках ее сверкнул клинок. Взмах – и фигура Арха вспыхнула и погасла, просветив небо, казалось, до самого дна... Тень приблизилась к краю и плавно спустилась вниз. В темном проеме ворот, расправив крылья и подняв скрещенные клинки, стояло еще одно существо.
- Открывай!
Вторая фигура развела клинки в стороны и, прокрутив пару красивых вееров, выкрикнула что-то на красивом гортанном языке. Нижний ярус Башни «поплыл», подобно дыму от костра становясь все прозрачнее, и в конце концов превратился в угольно-черный проем. Получился такой глюк, что Башня висит или стоит на черном трепещущем квадрате.
- Айре! – выкрикнула первая фигура.
Серебряная туча распалась на равносторонний тетроид, и сопровождаемая крылатыми полученная фигура опустилась на уровень зыбкой субстанции.
- Арво!
Чернильная пустота всосала серебряную окантовку. И все разом стало так, как было.

.........................................................

- Отлично прошло.
Эльхэн вложил клинок в ножны на спине и облегченно вздохнул:
- Лучше некуда.
Энхэ с шуршанием сложил крылья и вбросил свои клинки:
- Скажи уж – дальше некуда.
Оба расхохотались.
- Кстати, а не пойти ли нам?.. – Энхэ изобразил пальцами известную обоим аббревиатуру фигур.
- Светлая мысль. Кстати, тут рядом есть...
И оба нелюдя, обнявшись, проследовали по направлению...
Крылатые исчезли по своим делам.
Перевертыши давно разбежались.

.........................................................

Крепко спали люди в эту ночь. В подвале в поте... ну, допустим, лица трудилась Крылатая Тварь с помощниками.

Купол спустился на треть.

Подвалы команды патруля.
Окованная дверь с надписью флюорисцентом «Тебе это снится...». На входе – система человекоопределения. Проще говоря, система закляшек/ловушек для особо любопытных дурней из людей.
В помещениях этого с трудом отвоеванного подвала хронический деловой беспорядок. Винтовка рядом со шпагой... На двуручнике, воткнутом в стену, болтается «калаш»... Столы, ящики завалены разнообразным бумажным мусором – от финансовых распечаток до черновиков рунной речи и вольного стихотворного изложения Некрономикона... Полки со странным набором книг. Орфографический словарь и растрепанная пачка листков, в которой при ближайшем рассмотрении угадывается коллекция схем метрополитена – и все, естественно, на разных языках.
Сложная система переходов – низких, зигзагообразных... Арки, соединяющие разные комнаты. Плавающий, ненавязчивый свет драконьих бра (на обычное освещение уже никто не надеялся).
Когда идешь по таким вот образом заглюченным переходам, слегка не по себе. Особенно новичкам...
Звуки опять же странные...
Развеселый смех с соленым словцом, стон видящего сны или трансформирующегося, стук и лязг из мастерских, мерное «как-кап» неисправного дабла или ванной...
Глючно, но весело.
Эван добрался до своей комнаты. Просочился сквозь собственное заклятье двери. Плюхнувшись в кресло, с отвращением стянул сапоги. На щелчок пальцев появилась сигарета. Затянулся. Пролевитировал из холодильного ящика пакет молока... Наедине с самим собой почему бы и не припомнить всякие приятные мелочи?.. Вообще-то всякие такие штучки по типу «лень двигаться – лучше заглючу» в команде не приветствовались. Но сейчас и одному, пожалуй, можно...
Эван сыто мяукнул и отодвинул тарелку с остатками мяса...
Патруль был тяжелый. Ох, уж мне эти люди! И всего-то они боятся, всего опасаются... Во всей команде, исключая Эльхэн, он да еще Док с Хэнком были более-менее похожи на людей. А остальные... Короче, люди других просто боялись, а значит, необходимая работа с народонаселением падала на их «хрупкие» плечи...
Эван пододвинул зеркало поближе, ибо заботиться о своей внешности, несмотря на насмешки окружающих, вошло у него в привычку. Так, что на сегодня у нас за лицо... хм-м... вносим поправки... Очень литературно звучит тот простой факт, что в последнем патруле ему просто набили морду... Синяк под правым глазом – нападающий был левшой – и начинающая лиловеть шишка на лбу убрались достаточно быстро. А вот кое-какие ссадины и царапины он предпочел просто оставить. Повыпендриваться ради пущего геройства – это мы запросто, это нам только дай...
Сбросив человекоподобное обличье, он оглядел себя уже в нормальном виде. Гибкая фигура со странными очертаниями мышц. Роскошная грива черно-рыжих волос. И приятное с точки зрения нелюдя лицо: раскосые удлиненные глаза изумрудного цвета, янтарный зрачок, как и положено, вертикальный. Тонкий лобовой нос с четко вырезанными ноздрями. Узкие губы. Клыки, соответственно... «Лицо» интеллигентной, но от этого не менее хищной кошки... Ничего себе портретик...
Эван, Текущий Очертаниями, довольно улыбнулся и завалился спать.

Эльхэн проснулась в постели в своей комнате одна... (Все три параметра – событие редкостное.)
Сладко потянулась и открыла глаза.
Комната была пуста. Одежда аккуратно сложена в кресле, пустых бутылок видно не было, грязной посуды и прочего мусора тоже.
«Когда это я успел?» – присвистнула про себя Эльхэн. «А может, и не я... Тогда почему никого нет?..»
Захотелось встать и заорать старую шутку (Боги! как давно мы ее не слышали!..): «Все, кого я вчера послал! Вернитесь!»
Эльхэн доползла до края кровати и обнаружила на низком прикроватном столике кружку, полную пива. Холодного... От удивления она проснулась окончательно и обалдела еще больше: на столике имелась еще и закуска. Более того, пачка сигарет и спящий Эрик. Потеряв дар речи от такого внимания, Эльхэн молча перекусила и, допив пиво, закурила.
«Та-а-ак, давайте вспоминать, – обратилась она к себе. – Я вчера пришла не одна... Или не один? Не помню... Вроде бы, со мной была девушка...»
Она села поудобней и продолжила внутренний диалог.
«Если это все она... – Эльхэн оглядела почти убранную комнату, – то... тоооООО... Чччерт! А как ее звали-то? Хэлли?... Хлоя?... Хильда?... Вот черт!... А!!!... Ханна!!»
На этот мысленный вопль дверь в соседнюю комнату немедленно приоткрылась, заглянула девушка.
- Ты меня звала?
«Хм. Неплохо, – присмотрелась к ней Эльхэн. – И значит, что я вчера БЫЛА не одна. Фу, хоть один вопрос отпадает. Точнее, два. С кем я был и кто я был...»
- М-м-м... в общем-то да...
Эльхэн позволила одеялу упасть до пояса.
- Заходи. Почему ты там?
- Я вышла в душ...
Эльхэн приподнялась на подушках.
- Это ты здесь убралась? – Эльхэн подвинулась и похлопала рукой по кровати. – Садись.
Девушка, очаровательно покраснев, присела на краешек.
- Ну, в общем-то, я...
- Спасибо.

Эльхэн рассматривала свое приобретение. Длинные фиолетовые волосы, видимо, свои по трансформации. Узкие длинные глаза, ни белка, ни зрачка, черные. Тонкие черты лица. Смуглая. Зубки свои она прятала и старалась улыбаться, не разжимая удивительно нежных бледно-розовых губ. Фигуру почти не разглядеть под балахоном, в который она тщательно закутывалась. В нем Эльхэн узнала один из своих старых плащей. Что ж, девочка нашла ему не самое худшее применение. Ханна вскинула руки поправить волосы, и Эльхэн с удовлетворением заметила, что если судить по рукам, то фигура... Да, интересно, а кто она? Узкая кисть, тонкое запястье и непропорционально развитые мышцы... Хотя ничуть не портит.
- Я тебя вчера не обидела?
- Нет. Все было здорово...
«Черт! Спала я с ней или нет?» Эльхэн сделала еще одну попытку расспросить. Поняв, что прямолинейность в данном случае скорее союзник, она решила действовать напролом.
- Знаешь... Я тут вчера был, скажем так, нетрезв... В общем, только ты не обижайся, но... ты не могла бы рассказать, что вчера было-то?..

Эльхэн начал пить с того, что можно назвать утром. Неприятности – они и в Африке неприятности (интересно, а где она сейчас, эта Африка?). Энхэ, ужасно занятой, исчез в неизвестном направлении. Посредник впал в глубочайшую депрессию после очередного провала переговоров. Одно утешение: танки и прочая тяжелая техника уже не работают. Велик Город, тяжел... Давит... Давит на крылья, на спины, на плечи... Люди ушли, остались военные, армия. Которая, как известно, ни к людям, ни к нелюдям не относится. Маленькая ячейка трансформеров, относящихся только к себе.
За чистоту нации, за чистоту человека, ура! За чистоту крови, хай!..
Ну, и где эта ваша чистота? Наций больше нет, люди ушли, осталась только кровь. Да только какая же она чистая?! В темном дожде и грязи нереальных улиц проклятых (нелюдей так стали называть почти сразу)... и матерных лужах мрака, и вывернутого камня оставшихся людей...
Так долго вопили: «Отсеять зерно от плевела! Отделить агнцев от козлищ!» Ну и что? Вот вам и отделение... Армагеддон под Куполом. Ну так оставьте же нас в покое! Не надо нас спасать!
Плакат перед комендатурой: «Убивая нелюдя – спасаешь душу».
Чью? Вашим душам идти во тьму навсегда, потому что не верите вы ни в Бога, ни в Дьявола, ни в Ад, ни в Рай, ни в Валгаллу, ни в перерождения, ни в пулю-дуру, ни в меч-кладенец...
Вот и получите-распишитесь...
И расписались! И как! Каждый на каждом... Резьба по душе на коже, душой по коже, по коже души...
И что теперь? Купол не подъемный кран – не остановить...
«Боги, – говорили вы, – освободите нас от наличия присутствия их».
«Мы заплатим», – добавляли вы по привычке.
Вот и платите... Не так уж много, кстати... За такое? Да почти даром...
- Эй, хэй!!!
Веселый полупьяный вопль сзади. Полчаса назад Эльхэн вывалился из обеденного кабака. И, несвязно матерясь по поводу общего бардака, плелся по улице.
На столь радостный вопль ответил автоматически:
- Кто идет?
- Анделайнен! Хайда!!
Из сумрака вылетели первые ряды, на четырех...
- Я Эльхэн, патруль.
За ними остальные – кто на двух, кто на четырех...

В «Аргоне» было относительно тихо, пока они не зашли...
Шайка из дюжины оборотней плюс Эльхэн «на хвосте» – ничего хорошего. Естественно, кабатчик им не обрадовался, но платежные средства быстро привели его в хорошее настроение, и он засуетился... После трех часов физкультуры со стаканом Эльхэн понял, что настроение улучшается.
Пара перевертышей уже уютно свернулась под столом. Пение хором постепенно стало перерастать в достаточно заунывный вой... И тут хозяин заведения решил, что для подогрева ситуации и гостей надо прибавить что-нибудь для души... Ну что ему могло придти в голову? Ну, конечно...
Он исчез за грязной шкурой (неубитого медведя, вероятно), и минут через пятнадцать в зале объявились три заспанные физиономии музыкантов (флейта, бонги и гитара) и нечто с чем-то вроде чемодана. Служители быстренько освободили место, и музыканты, выстроившись полукругом, забряцали что-то в восточно-европейском стиле. Нечто сбросило свои одеяния – и Эльхэн обалдел. Совершенство?.. Нет, конечно, но двигается...
Чемодан был открыт – и тут началось... Пласты дыма неуловимым движением стали декорацией. В общем фоне музыки зазвучало шипение... Три змеи – метра полтора-два в длину (и как только все поместились в чемодане?) – свились в башню... Средняя распустила капюшон и...
Девушка текла туманом, свивалась змеей, вспыхивала пламенем...
Эльхэн поманил хозяина.
- Сколько она стоит?
Хозяин придирчиво оглядел его.
- С мужчиной не пойдет.
Эльхэн вскинул бровь.
- За десятку?
- Ни за что...
- А-а-а, ну, спасибо.
Хозяин отошел, а Эльхэн потихонечку «поплыл»...
А что? Впереди еще целая ночь. А он терпеть не мог спать один...
Когда представление закончилось, резко проснувшиеся оборотни шумно заорали что-то одобрительное и, естественно, затребовали еще пития... Музыкантов пригласили за стол, налили – и пьянка пошла по новой...
Уже изменившаяся Эльхэн выбралась из за стола. Краем глаза уловив девушку-танцовщицу, выскользнувшую в заднюю дверь (под той самой шкурой), рванула за ней и... натолкнулась на хозяина.
- Я же сказал, – хозяин ухватил ее за плечо, – она не...
- Дурак, – мелодично пропела Эльхэн, – меня зовут Эльхэн, я из патруля... Держи.
И, оставив хозяина с раскрытым ртом и монетой в руке, она нырнула за занавеску. Девушки уже не было. Эльхэн поспешила на выход. Два поворота, лестница наверх… Ага! вот и дверь. Толкнула, вылетела на улицу. Факельная, мерзкое освещение. Девушка не успела далеко уйти. На скрип двери она, конечно, оглянулась. Эльхэн, откинув волосы со лба, попыталась дружелюбно улыбнуться и двинулась к ней. Девушка перехватила чемодан в другую руку и ускорила шаг, почти побежала...
- Подожди.
Голос получился хрипловатый – слишком много выпил...
Девушка побежала. Эльхэн сорвалась с места. Вдруг, видимо поняв, что все равно догонят, девушка остановилась. И, отставив чемодан, сделала шаг вперед. Эльхэн с размаху налетела на нее, в грудь уперлись твердые кулачки, а перед глазами возникло смуглое напряженное лицо. Эльхэн не отпрянула, не стала защищаться, а обняла за плечи и глубоко заглянула в глаза. Руки разжались, едва натолкнулись на грудь. Девушка расслабилась и, видимо, что-то для себя решив, прижалась всем телом.
- Ты меня испугала.
- Извини.
Эльхэн подхватила чемодан.
- Куда идем?
Девушка блеснула глазами.
- Проводишь?
- Ну да. Ты против?
- Нет. Идем.
Эльхэн осторожно оглядывалась. Далековато от обычных мест дислокации нелюдей. Старый обшарпанный «сталинский» дом. Половина стекол каким-то чудом уцелела.
- Кофе? – девушка остановилась.
- Не откажусь...
Подниматься пришлось по заваленной всяким мусором лестнице.
- Здесь были баррикады – отбивали каждый этаж, – пояснила она.
- Но если так серьезно, почему теперь нет охраны?
- А нас здесь почти не осталось. Все перебрались поближе к центру. А оставшихся, – она странно усмехнулась, – и так боятся...
Дверь на ременных петлях, хлипкие щеколды... Н-да, не Бастилия... Перед входом на полу пестрая циновка. Переступая ее, Эльхэн отследила достаточно мощное заклинание. Вот вам и хлипкие засовы...
Девушка скинула свое одеяние, на поверку оказавшееся старым покрывалом с пришитым наспех капюшоном, и осталась в том намеке на одежду, в котором и танцевала в кабаке. То есть из одежды ничего серьезного, кроме огромного количества разнообразно составленных украшений.
- Проходи, я сейчас.
И ушла. То ли на кухню, то ли в ванную...
Эльхэн осмотрелась. Дверь направо, комната. Она зажгла лампу. Скудная обстановка. Большая застеленная кровать. Столик перед двумя креслами, ободранный шкаф, полка с книгами – и все. А еще плотно занавешенное окно. Видимо, бренное наследие так называемых боев за этажи...
Девушка зашла с подносом. Влажные волосы по плечам, дивный запах кофе...
Поставив поднос на столик, сама в кресло рядом.
Эльхэн достала флягу и вопросительно посмотрела на хозяйку.
- Джин?
- Чистый. Личного изготовления.
- О!
На столике материализовались миниатюрные стопки.
- Ну что ж... За знакомство?
Она кивнула, выпила и, покраснев, быстро отвернулась.
Эльхэн удивилась. Неужели волнуется?
- Меня зовут Ханна.
- Эльхэн.
Ханна кивнула.
Кофе был великолепен. Какие-то финтифлюшки вместо печенья... Эльхэн закурила и «случайно» накрыла рукой ладошку Ханны. Пальцы затрепетали... переплелись... Эльхэн нежно продолжала изучение маленькой ладони, искоса поглядывая на Ханну... Не выпуская сигарету изо рта, свободной рукой прошлась до плеча и обратно, потом еще раз и еще...
Остался сложно извернутый пояс...
Кровать, несмотря на скудость покрытия, оказалась удобной и даже мягкой...

Звон разбитого стекла, раскрошившийся с треском камень.
- Ведьма!!!
Эльхэн снесло с кровати, и через минуту она во всей амуниции вылетела в коридор закрывать дверь. На ходу бросила Ханне вопрос:
- Откуда здесь люди? Ты же говорила, что боятся...
Вернувшись, она застала Ханну пытавшейся одеться.
- Ну?!
- Не знаю...
- Ладно, черный ход есть?
Ханна отрицательно затрясла головой. Камни полетели гуще. Под окнами заполыхал огонь, вопли перешли в вой. Через десять минут в дверь стали ломиться.
- Кто-нибудь еще в доме есть?
- Кажется, крылатые...
- Прекрасно. Значит, сами смотаются... Ну, а ты на что способна? Судя по входной закляшке...
- Это... это не совсем я... Когда что-то делаю, не всегда помню...
- Угу, спящие... Ладно, лестница на чердак есть?
- Нет.
- А что есть? Выход какой-нибудь есть, кроме двери?
- Пожарка через балкон.
- Вот там-то нас и пристрелят, – наигранно веселым тоном заявила Эльхэн. – Пошли, куда деваться...
Она схватила полуодетую девушку за руку и потащила в соседнюю комнату, к балкону. А что было делать? Балкон с разрушенными перилами и – ура! Лестница все-таки сохранилась! Эльхэн подтолкнула Ханну и пошла следом, выставив отвращающий щит. Мощности должно хватить на двоих, хотя бы до крыши... Глянула вниз. Ого, сколько факелов. Брошенный камень скользнул по куполу и премерзко свистнул у виска. Второй, естественно, звезданул по ноге. Все-таки купол не совсем дотягивал. Хоть девушка защищена...
Снизу раздался вопль, в котором выделялся чей-то одуревший от крови голос:
- Глядите, вот они!!!
Эльхэн присвистнул.
- Кажется, нас заметили. Быстрее, Ханна!
Оглушающий свист, камни с попыткой прицелиться и два прожектора в спину...
«Прекрасно!!! Где там эта грешная крыша?!.. Наконец-то!»
Ханна подтянулась и исчезла за выступом. «И мне туда же...»
Через секунду Эльхэн оказалась на крыше.
- Держи их!
Из-за чердачного выступа появился десяток тяжело дышащих людей. И ни одного военного.
- Сдавайтесь!
- Ну вот еще.
Эльхэн улыбнулся, быстро меняя пол. Если дело дойдет до драки – так удобней. Усмехнулся, мельком взглянув на округлившиеся глаза Ханны.
- Веселый у тебя райончик...
- Прости.
- Да ладно. Только вот на крыше всякого мусора...
- Что же теперь?
- А ничего...
Эльхэн не успел договорить, раздался выстрел.
- А стреляют они фигово.
Группа распалась и стала оттеснять их к краю.
- Похоже, они хотят нас сбросить. Нет уж...
Эльхэн очень хотелось испробовать новые приемы, показанные Энхэ. Но при Ханне? Не годится молодой девушке видеть моря крови и вывороченных внутренностей, да и не любил Эльхэн драться.
- Иди сюда, – он обнял Ханну за талию. – Держись крепче.
На самом краю крыши легонько оттолкнулся – и в воздух. Все равно они не умеют стрелять... Две трети расстояния они шли уже крышами.
А в подвале было уже совсем пьяно. Эльхэн так и не выяснил, по какому поводу... А не все ли равно?..
Вот такие бывают провалы в памяти...

.........................................................

Тихо потрескивают свечи. Электричество уже не работало. Подвальный кофеюшник, превращенный рукой нового хозяина в ночной кабак. Вернее, в круглосуточный – ведь рассвета уже давно никто не видел.
Он зашел. Прищурившись, оглядел зальчик. В густой тени, как обычно, за столиком на двоих сидела она. Как всегда... А теперь, видимо, в последний раз. И он ничего не сможет сделать. Откинув назад длинные, за месяц поседевшие волосы, он направился к ней. Хозяин подал на стол вино и все полагающееся в подобном случае... Эту парочку он уже выучил – они всегда заказывали одно и то же. Мрачно покосившись на защитную униформу, сегодня грязную больше чем обычно, хозяин неодобрительно прищелкнул языком, но ничего не сказал. Лишь презрительно сощурил глаза с кошачьим вертикальным зрачком. Подойдя к стойке, ощерил уже вполне заметные клыки, рявкнул на какого-то пьяного, ввалившегося в приличное заведение, и нацедил себе пива.
Она приподняла свой стакан. Он наполнил свой, залпом выпил, набросился на еду. Она молча ждала, пока он насытится. Наконец он отодвинул тарелку и, осушив еще один стакан, налил уже для разговора.
Первой начала она.
- Как сегодня?
Он почему-то отвел глаза.
- Как обычно...
Она понимающе кивнула.
- И никто не уступит.
Сказано это было скорее утвердительно.
- Никто.
- Глупо. Ведь когда-то это был общий Город.
- Ты же знаешь. Весь вопрос – кому уходить...
- И ты знаешь, что идти нам некуда...
- Значит – война?
- Значит... Да.
Споры давно закончились. Споры до слез, когда она отворачивалась к стене или спрыгивала с кровати и начинала одеваться... Сейчас оба были спокойны. Если больно всегда – привыкаешь.
- Хотят узаконить серебряное вооружение.
Она презрительно фыркнула.
- Ну да, а серебро вы где возьмете? И потом, это же нарушение соглашения...
- Это я знаю, а они...
Стаканы опустели. Он снова налил и перевернул кувшин, показывая хозяину, что нужно добавить. Она набила трубочку и закурила.
- Когда уходите?
- Начальство орет, что ляжем костьми, но...
- Ляжете, – она кивнула, – но не ты...
- Откуда ты... – начал он и тут же запнулся. Никак не мог привыкнуть, что уж о нем-то она знает все.
- Знаю. Сам не уйдешь – заставят... Ты нужен там, – она взмахнула рукой, – за Куполом.
Глаза ее подернулись дымкой. Как тогда, когда она еще умела плакать. Ему захотелось погладить ее по волосам, отливающим бронзой, сказать ободряющее: «Не все так плохо, малыш...» – но знал, что не позволит... Теперь не позволит.
Она кивнула.
– Не позволю.
Он вздрогнул. Черт! Если кого и надо утешать, так это его. Нервы совсем сдавать начали.
- Послушай, может все-таки со мной?
- До первого патруля?
Она тихо и зло рассмеялась, обнажив мелкие острые зубы. Он отвел глаза.
- Нет. Все уже решено... давно. Прощай. Я подарю счастье той, что полюбит тебя.
Он не поднимал глаз. Молча рассматривал ее узкую о четырех пальцах руку с острыми длинными ногтями, странного металлического блеска. Великолепный изумруд светился на среднем из пальцев. Только сейчас он заметил, что никакой оправы не существует. Камень был одним целым с рукой. Он поднял глаза и натолкнулся на ледяные изумруды – ее взгляд. Звездчатые зрачки стали неправдоподобно большими.
- Уходи. Уходи немедленно...
Голос был сдержан, но не просил. Приказывал.
Он не выдержал. Вскочил, опрокинув стул, подхватил на плечо огнемет и быстрым шагом вышел из кабака.
- Тебя ждут, – красивые губы искривила горькая усмешка. – Прощай.
По сумрачным улицам он почти бежал. По асфальту, перетекающему в кривое зеркало, скользило его гротескное отражение. Прохожие уступали ему дорогу. Но не шарахались. Ну человек, ну и что? Ну солдат, но ведь не палит же по живым... Да и знали все прекрасно, что человек этот бегает к Ульрике – кошачьей ведьме. А с ней лучше не связываться.
Выбравшись наконец из Проклятых кварталов, он пересек фронтир и, шумно дыша, привалился к стене. Холодный камень, некрепкий, но свой, человеческий... Из тени вышел капитан. Протянул зажженную сигарету:
- Покури, успокойся. Все в порядке?
Он кивнул, жадно затягиваясь. Капитан махнул рукой.
И ночь взорвалась!!!
Олег упал на колени и, зажимая уши, застонал, обращаясь то ли к забытому Богу, то ли к ней, которую предал:
- Прости, прости меня...
Слезы кончились днем раньше.

Когда за ним захлопнулась дверь, Ульрика встала и, глубоко затянувшись, выдохнула длинную струю дыма. Кабак опустел. Она переглянулась с хозяином и, шурша чешуйчатым платьем, вышла в заднюю дверь. Хозяин поспешил за ней.

Первую огневую атаку встретили пустые улицы и дома. Олег не мог знать, что такое сложно наведенная иллюзия...
Второй атаки просто не было. За дело взялись специалисты...





Этот документ от
РОЛЕВОЙ ПОРТАЛ
http://rolport.ru

The URL for this page is:
http://rolport.ru/modules.php?name=Content&pa=showpage&pid=138